Украинские граждане в большинстве своем плохо знают законы и не умеют защищаться в суде.

Этим обстоятельством часто пользуются адвокаты и служители Фемиды, с чьей легкой руки люди запросто лишаются денег, имущества, а порой и свободы. Жертвой такого обмана считает себя и одесситка Тамара Белявская.

После развода нашей героине Тамаре Белявской вместе со своей несовершеннолетней дочерью пришлось перебраться в коммунальную квартиру на ул. Семинарской. Каждому понятно, как должен чувствовать себя человек, привыкший быть хозяином собственного жилья. А тут ванная, кухня, коридор – все является общим. Плюс новая соседка – Елизавета Плотникова, с которой отношения у Тамары, мягко говоря, не сложились. 

Пострадали обе

10.08.2010 г. взаимная неприязнь женщин вылилась в столкновение на кухне, в результате которого физически пострадали обе. Для Тамары Белявской пришлось даже вызывать скорую помощь вследствие подозрения на сотрясение мозга. Получив кровоподтеки и ссадины, пострадавшая сразу обратилась в милицию с просьбой привлечь 
Е. Плотникову к уголовной ответственности за «нанесение побоев легкой степени тяжести». Это заявление, датированное 10.08. 2010 г., было зарегистрировано под № 6090.
Дело о ссоре вылилось потом в два иска и подробно разбиралось в Приморском райсуде 
г. Одессы. По итогам расследования 21.09.2010 г. судья К. Цильмак принял два решения. Первым Тамаре Белявской в возбуждении уголовного дела в отношении соседки было отказано. Ну а во втором было учтено, что она в свою очередь тоже «применила физическое насилие по отношению к Елизавете Плотниковой» – вывихнула той мизинец правой руки. Это является правонарушением, поэтому Т. Белявская была подвергнута административному наказанию в виде штрафа в размере 51 гривны. Принятые решения ни одной из сторон оспорены не были и в положенный срок вступили в силу. Таким образом инцидент был исчерпан, но через год получил неожиданное продолжение.

«Съела ногтевую фалангу»

06.07.2011 г. Елизавета Плотникова обратилась в милицию с просьбой привлечь Тамару Белявскую к уголовной ответственности. Теперь она утверждала, что в ходе ссоры 10.08.2010 г. соседка «откусила ей ногтевую фалангу 2­го пальца, а также сломала основание фаланги 5­го пальца правой руки». Такого рода травмы относятся к повреждениям средней тяжести и подразумевают уже уголовную ответственность.
Получается, что Е. Плотникова почти год молчала, а опомнилась после того, как раны окончательно зажили. Причем если раньше речь шла только о вывихнутом пальце (что подтверждали свидетели и, наконец, следовало из показаний самой пострадавшей), то теперь выдвигались более серьезные претензии. И это при том, что загипсованной руки Е. Плотниковой никто тогда не видел, скорой помощи в день ссоры она не вызывала, а вечером того же дня, говорят, даже мыла на кухне посуду. Не было и свидетелей, способных подтвердить, что именно Т. Белявская нанесла упомянутые выше травмы.
Сама Плотникова утверждала, что до 06.07.2011 г. в милицию не обращалась. Но в материалах досудебного следствия, начатого по ее ходатайству, появился любопытный документ. Это заявление потерпевшей от 10.08.2010 г., в котором она действительно утверждала, что Т. Белявская «съела ей ногтевую фалангу указательного пальца левой руки». При этом документ имеет № 6090, совпадающий с номером (см. выше) заявления в милицию Т. Белявской, что наводит на мысль о вероятной фальсификации.
Скажем больше. В материалах уголовного дела нет прямых доказательств того, что Елизавета Плотникова действительно направлялась на медицинское освидетельствование для установления факта нанесения ей телесных повреждений и установления степени их тяжести – такие документы выдают только работники милиции. Допрошенная в судебном заседании 03.05.2012 г. потерпевшая пояснила, что 10.08.2010 г. обращалась за медпомощью в горбольницу № 6. Однако на направленный запрос в этом мед­учреждении ответили, что в период с 10 по 30 августа 2010 г. гр­ка Е. Плотникова сюда не обращалась, медпомощи не получала и в журнале регистрации больных не отмечена. Кстати, в то время она, судя по паспорту, официально проживала на ул. Огарева, 2 в г. Снежное, а значит, была зарегистрирована в местном медицинском учреждении Донецкой области. 

«Двойник» пострадавшей?

При знакомстве с материалами уголовного дела складывается впечатление, что 
Е. Плотникова в период с 10.08. 2010 г. и до обращения в милицию имела двойника. Одна из них с вывихом мизинца ходила на заседания Приморского суда. Вторая же осматривалась и лечилась у медиков, где ей сразу же наложили гипсовую повязку на поврежденную руку, а потом проводили операции (одна из которых 14.08.2010 г. совпала с субботним днем). Все эти данные содержатся в поднятом из архива акте СМЭ № 2138 от 13.06.2011 г., который, составлялся еще до того, как... Е. Плотникова официально обратилась в милицию.
Вся перечисленная информация (как сказано в указанном выше акте) взята в свою очередь из амбулаторной карты пострадавшей, копия которой в уголовном деле также отсутствует. Представленные здесь записи, по мнению специалистов, вызывают серьезные сомнения, так как там не указаны детали осмотра повреждений и характерные особенности травм, на основании которых эксперт сегодня мог бы установить точную дату нанесения повреждения и их происхождение. Нет и подтверждающих документов о том, как и чем именно лечили пострадавшую. Поэтому точно установить, каким образом пострадавшей были нанесены повреждения и были ли они в действительности, представляется сомнительным. И вот тому подтверждение. Результаты проведенной 12.10.2012 г. экспертизы свидетельствуют, что «убедительных данных на наличие консолидированного перелома не получено. Если и был перелом, то более 5 лет назад». Проводивший экспертизу 03.08.2011 эксперт более категоричен: «Выставленный в медицинских документах диагноз «перелом основной фаланги 5­го пальца правой кисти» объективными медицинскими данными не обоснован». 
На фоне таких нарушений (а также возможных подтасовок?) точно установить закономерность и длительность заживления подушечки 2­го пальца левой руки Е. Плотниковой сроком в полгода тоже представляется проблематичным. А ведь он и явился основанием для определения побоев средней тяжести по критерию длительности расстройства здоровья, а значит, и поводом для возбуждения уголовного дела. Можно предположить, что этот срок не обоснован характером нанесенной травмы и умышленно затянут, и все это просто сговор. Может быть, поэтому Е. Плотникова и не прошла экспертизу в 2010 году во время судебного процесса: просто показывать тогда было нечего?  

«Медвежья услуга»

Чтобы распутать подобный клубок, нужна воля и объективность суда. Но, увы, все поставленные Тамарой Белявской острые вопросы были судьей А. Каплей проигнорированы. А потом измученной долгой судебной волокитой и упорно не признававшей свою вину подсудимой было предложено «альтернативное решение»: согласиться на амнистию как матери, имеющей на иждивении несовершеннолетнюю дочь. Адвокат В. Клименко не предупредил свою подзащитную, что в случае согласия за истцом – Е. Плотниковой остается право на материальную компенсацию «нанесенного ей телесного повреждения», чем та по наивности воспользовалась.
В новом иске, поданном в Приморский районный суд, Е. Плотникова требует компенсации материального 
(909 грн) и морального (30 тысяч грн) ущерба. Уверенная в своей правоте Тамара Белявская по­прежнему рассчитывает на объективность служителей Фемиды, утверждая, что действительно не наносила соседке повреждений в виде «травматической ампутации ногтевой фаланги 2­го пальца левой кисти». Это косвенно подтверждается и решением Приморского районного суда от 21.09.2010 г., а также позицией самой Е. Плотниковой в 2010 г. Теперь важно, чтобы суд действительно проявил принципиальность и объективность.
От редакции. Учитывая социальную важность ситуации, мы берем дело на контроль, чтобы рассказать о дальнейшем развитии событий. Заседание Приморского суда по иску Е. Плотниковой состоится 21 марта. 

Истец утверждает, что в ходе ссоры соседка «откусила ей ногтевую фалангу второго пальца, а также сломала основание фаланги пятогого пальца правой руки».

Автор: Сергей Смирнов